Эрдоган заговорил о планах “B” и “C”

Разделы

Архив

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930

Рассылка

Подписаться на рассылку:


  • email Отправить другу
  • print Версия для печати
  • Add to your del.icio.us del.icio.us
  • Digg this story Digg this

Оцените содержание статьи?

(всего 11 голосов)
Изменить размер шрифта Decrease font Enlarge font
image
 
 

Aftenposten: ни один из предшествующих турецких лидеров не покинул свой пост демократическим путем

            Саммит ЕС в Брюсселе изначально не сулил Турции ничего хорошего. Это было очевидным уже после того, как Европарламент на пленарной сессии в Страсбурге 24 ноября одобрил резолюцию, призывающую к приостановке переговоров о вступлении Турции в унию. Потом канцлер Германии Ангела Меркель, определяя приоритетные темы саммита, выстроила их в любопытной последовательности: партнерство с африканскими странами в борьбе с миграцией, охрана границ, соглашение ЕС-Турция, новые предложения Еврокомиссии по миграционному законодательству, совместная работа в вопросах обороны.

            В этой связи председательствующая в Евросоюзе Словакия по итогам заседания Совета ЕС по общим вопросам сообщила, что сообщество не планирует открывать новые главы переговорного досье о вступлении Турции в Евросоюз. На поверхности лежит негативная реакция Брюсселя на события, последовавшие в Турции после попытки государственного переворота 15 июля, что дало повод Анкаре встать на путь репрессий против реальных и мнимых политических противников. Но и раньше ЕС выставлял перед Турцией досье из 35 глав-условий о вступлении в унию, переговоры по которым - начавшиеся в 2005 году - велись только по 16 позициям. При этом они под разными предлогами зачастую прерывались.

            Для Анкары это был чрезвычайно чувствительный вопрос, прежде всего, в геополитическом смысле. Когда в Северной Африке и на Ближнем Востоке началась так называемая арабская весна, она позиционировала себя единственной демократией западного типа в исламском мире. Однако Европа лишала ее такого идеологического плацдарма, имплицитная модель отношений между Турцией и ЕС стала разваливаться. Брюссель понимал, что пришедшие к власти в Анкаре амбициозные политики вряд ли будут готовы передать ему часть национального суверенитета, вести игру по европейским планам, и усматривал выгоду Анкары в чем-то ином. Тем более, что правящая партия Справедливость и развитие стала отказываться от идеологии кемализма, раскалывать общество, переводя политический ислам в гражданское состояние.

            Известный французский востоковед Александр дель Валль по этому поводу предупредил Запад не допускать стратегических ошибок, идя на «противоестественные контрцивилизационные альянсы, поскольку терроризм лишь видимая часть исламистского айсберга, дрейфующего в сторону «разрушения или ослабления традиционной европейской идентичности. Так в Европе воспринимался неоосманизм Турции - как в идейном смысле, так и в вариантах практической реализации. Именно с этих позиций в Брюсселе оценивают последствия июльского путча (выступление кемалистов против исламистов и репрессии вторых против первых), а также то, что президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган стал грозить ЕС расторгнуть миграционное соглашение (если беженцы пройдут, они наводнят и захватят Европу). По мнению европейских экспертов, это «напоминает орудие войны в проекте исламизации Европы». По этой же причине Брюссель стал воздерживаться и от введения безвизового режима для граждан Турции.

            Анкара по сути оказывается в точке невозврата, так как выполнение предъявляемых Брюсселем требований приведет к трансформации существующей общественно-политической системы. Остальное можно относить к приемам политико-технологического свойства, вплоть до того, что Брюссель вместо обещанных Турции 6 млрд евро на сдерживание потока мигрантов выплатил только два. Правда, 27 членов Совета Европы, кроме Австрии, выступают за углубление сотрудничества между Евросоюзом и Турцией в ключевых сферах общих интересов, в том числе миграции, борьбы против терроризма, энергетики, экономики и торговли. Но это больше похоже на стремление по-прежнему держать Анкару на длинном поводке. Турция, конечно, нервно реагирует на происходящее. Как не крути, но граждане этой страны в двух поколениях жили с мечтами стать Европой.

            Эрдоган в свою очередь пообещал вынести на референдум вопрос членства в ЕС. А после саммита Евросоюза он заявил, что ЕС не являются единственной надеждой Анкары, которая имеет альтернативный сценарий действий - планы B и C, содержание которых пока не открывается, а если и откроется, то после выработки Анкарой соответствующей концепции и аргументов, интерпретирующих ситуацию. Скорее всего, это будет связано с понятием перехода, появлением нового реформистского проекта, чем с ломкой отношений с Западом хотя бы потому, что Турция вернулась в военно-политическую игру в регионе, ведет свою партию, не отказывается ни от одной из своих региональных амбиций в Ираке и Сирии и играет одновременно на членстве в НАТО.

            При этом президент Турции говорит о развороте на Восток и присоединении к Шанхайской организации сотрудничества. Брюссель обещает Анкаре провести в начале будущего года саммит ЕС-Турция, намекая одновременно, что в настоящий момент у Турции непростая ситуация, а норвежское издание Aftenposten, вдруг вспомнило, что ни один из предшествующих турецких лидеров того же уровня, что и Эрдоган, не покинул свой пост демократическим путем. Что бы это значило?


Источник: Ст.Тарасов:Эрдоган заговорил о планах “B” и “C”

 
  • email Отправить другу
  • print Версия для печати
  • Add to your del.icio.us del.icio.us
  • Digg this story Digg this

Добавить коментарий comment Комментарии (0 добавлено)

Главные новости

|