Эрдоган не оставил надежд на союз Турции с Россией и Ираном

Разделы

Архив

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31

Рассылка

Подписаться на рассылку:


  • email Отправить другу
  • print Версия для печати
  • Add to your del.icio.us del.icio.us
  • Digg this story Digg this

Оцените содержание статьи?

(всего 2 голосов)
Изменить размер шрифта Decrease font Enlarge font
image

Редакционная статья Iran.ru

 

            Накануне Бакинского саммита лидеров Азербайджана, Ирана и России замглавы МИД ИРИ Ибрагим Рахимпур заявил, что президент Роухани намерен обсудить с Путиным вопросы оказания помощи президенту Турции Эрдогану. Иранский дипломат выразил предположение, что если бы были нормальные условия, то господин Эрдоган тоже бы принял участие в саммите в Баку. Действительно, Южный Кавказ как геополитический узел сегодня интересует многих. Это связано и с его экономическим потенциалом, и c политическим проблемами, которые порой влияют на политику мировых держав. Выстраивать межгосударственные отношения в этом важнейшем  регионе без участия Турции непродуктивно. Но стремится ли к партнерству с Москвой и Тегераном Анкара? Замглавы МИД Ирана считает, что та помощь, которую Путин и Роухани могут предоставить Эрдогану, не могут предоставить арабы или западные государства. А как относится сам Эрдоган к получению помощи от российского и иранского президентов? Что собственно изменилось в дипломатии Турции, чтобы можно было ожидать от нее столь крутого разворота в сторону подключения к российско-иранскому партнерству?

Сирия – препятствие на пути к полноценному сотрудничеству

            С иранской позицией о том, что наш регион нуждается в хороших взаимоотношениях между Россией, Ираном и Турцией, российская сторона, давшая добро на визит Эрдогана в Санкт-Петербург для встречи с президентом Путиным, соглашается. Тегеран последовательно выступал за нормализацию отношений между Москвой и Анкарой. С ноября прошлого года, когда отношения двух стран оказались в кризисе из-за атаки ВВС Турции на бомбардировщик Су-24 ВКС РФ в Сирии, это был первый шаг Путина и Эрдогана к примирению на высшем уровне.

            Понятно, что на этом фоне глобальные цели не ставились, насущной задачей состоявшегося диалога Путин определил скромно - выйти на докризисный уровень двустороннего сотрудничества. Для Турции в ряду самых неотложных мер были отмена российского продовольственного эмбарго на турецкие продукты, возобновление чартерного авиасообщения, в меньшей степени проект газопровода Турецкий поток.

            Напрямую эти темы иранские интересы не затрагивают. Заменить турецкие продукты на российском рынке аграрный сектор ИРИ не в состоянии, российских туристов в Иране немного и Турция в этом никогда не была для иранского турбизнеса конкурентом, голубое топливо из России в турецкой энергетике давно соседствует с иранским газом, здесь сохраняется примерный паритет в экспорте. Долгосрочные перспективы поставок Россией газа через территорию Турции в Европу иранцев тоже пока особо не беспокоят. Выстраивать отношения с Москвой с учетом своего интереса к европейскому газовому рынку Тегеран сможет не скоро, есть более прагматичные цели, в основном, завязанные на геополитические цели Исламской Республики на Ближнем Востоке. В этом Турция для Ирана остается несомненным конкурентом, а в отношении Сирии и непосредственным противником. Интерес Тегерана к тому, чтобы Москве удалось добиться уступок Анкары на сирийском направлении, объясним.

            В этом Санкт-Петербургская встреча сюрпризом не стала, позиция Турции не меняется. Накануне визита на вопрос корреспондента Le Monde в Стамбуле, может ли сближение с Россией изменить позицию Эрдогана в отношении Башара Асада, турецкий лидер ответил однозначно: Он (Асад)  должен уйти. Вряд ли, он на этой встрече мог сказать Путину в отношении судьбы президента Асада что-либо другое.

             Сирийская тема прозвучала в общем контексте борьбы с терроризмом, здесь стороны разделяют общее понимание, отметил президент России. Эрдоган же и это не стал комментировать, как, впрочем, и об инциденте с Су-24 турецкий лидер не обмолвился ни словом. Представляется, что президент Турции преждевременно делает вывод о том, что российско-турецкие отношения уже вошли в положительное русло.   Когда он говорит о восстановления нормальных, полноформатных отношений, то верится с трудом. Без разрешения конфликта интересов по Сирии у Москвы и Анкары шансов на полноценное примирение немного.

            Тоже можно отметить и в отношении перспектив сотрудничества Ирана с Турцией. Иран непоколебимо поддерживает Асада. Со времен Исламской революции 1979 года Сирия оставалась единственным последовательным союзником Тегерана в арабском мире. Так было в ходе ирано-иракской войны, так остается и сегодня. За последние тридцать лет Тегеран и Дамаск чаще всего на Ближнем Востоке действовали в унисон. Вопреки распространенному мнению, что  иранская поддержка Асада основана лишь на его конфессиональной принадлежности к алавитам, не выдерживает критики. Для Ирана важнее всего не религиозный состав будущего сирийского руководства, а идейная близость, основанная на сопротивлении США и Израилю. Терять, а тем более добровольно отдавать, сирийский плацдарм Иран не станет, для иранской ближневосточной стратегии это было бы не просто поражением, а полным крахом.

            Этим объясняется и союз с Россией, с которой интересы в Сирии во многом совпадают, этим объясняются и разногласия с Турцией, которая разыгрывает собственную сирийскую карту, мало считаясь с действиями Москвы и Тегерана. При этом Анкара остается одним из главных противников не только лишь на дипломатическом поле, Турция активно принимает участие в гражданской войне на стороне вооруженной оппозиции. Вывести Эрдогана из этой игры было бы крайне выгодно и для России и для Ирана, однако сегодня об этом и речи нет. Больше говорят о якобы наметившемся сближении Турции с Россией в противовес отношениям с Западом.  Для Ирана вполне выгодный сценарий, но есть ли для его реализации серьезные предпосылки.

Эрдоган менять США и ЕС на Россию и Иран не собирается

            Встреча в Санкт-Петербурге не дает оснований полагать, что Россия и Турция снова вместе, тем более что обе стороны готовы совместно противостоять Западу в альянсе с Ираном. У президента Эрдогана в этом отношении нет долгосрочных целей, однако желание воспользоваться сегодняшней ситуацией есть. К примеру, встреча Путина и Эрдогана ещё продолжалась, когда стало известно, что Турция перешла на язык ультиматумов с Евросоюзом. Министр Турции по делам ЕС Омер Челик предупредил, что Анкара перестанет выполнять свои обязательства в рамках миграционного соглашения с ЕС, если Брюссель не назовёт дату отмены визовых ограничений для турецких граждан.  Напомним, что в марте Турция и ЕС согласовали основные принципы решения миграционной проблемы. Тогда Турция обязалась возвращать добравшихся до Европы беженцев на свою территорию. В обмен на это Анкара должна была получить три миллиарда евро и отмену виз для краткосрочных поездок своих граждан в Евросоюз.

            Не случайно, Европа считает демонстрацию Эрдоганом примирения с Путиным попыткой турецкого президента показать, что Россия может стать альтернативой Евросоюзу. Только в это мало кто в ЕС верит, политики указывают на абсолютное несовпадение интересов Москвы и Анкары по Сирии,  а также приоритетное значение Европы для турецкой экономики. Воинственная риторика Эрдогана в адрес ЕС и раздаваемые турецким президентом сегодня комплименты  в адрес России не должны вводить в заблуждение ни Москву, ни Тегеран. Было бы не так, то Вашингтон не стал бы одобрять инициативы Эрдогана на российском направлении.

            Официальный представитель Госдепа Элизабет Трюдо заявила, что сближение России и Турции не противоречит интересам Соединенных Штатов Америки. По ее словам, у российской и турецкой сторон множество общих целей и интересов. В частности, Анкара и Москва являются участниками борьбы с ИГИЛ (террористическая группировка, запрещенная в РФ), а также имеют общие цели в международной группе по поддержке Сирии. Мы не воспринимаем это как игру с нулевой суммой, - сказала Трюдо, давая оценку связей Турции и России.

            Ясно, что Турция и США остаются союзниками, Анкара не ставит под сомнение свою роль южного плацдарма НАТО, не отказывается от ориентирования на западные технологии и развитие торговых отношений с Америкой и Евросоюзом. То, что Эрдоган продолжает оказывать давление на США, требуя выдачи своего политического противника Фетхуллаха Гюлена, обвиненного правительством Турции в руководстве неудачным переворотом, вовсе не значит разрыв с Вашингтоном. В двусторонних отношениях есть более серьезные разногласия. Соединённые Штаты и Европа уже несколько месяцев пытаются сохранять видимость хороших отношений с Турцией.

            К примеру, сегодня Вашингтон и Анкара занимают диаметрально противоположные позиции по сирийским курдам. Турция требует от США признать сирийскую курдскую партию Демократический союз террористической организацией. Эрдоган открыто говорил о поставках американского оружия сирийским курдам как об  оказываемой Вашингтоном помощи террористическим организациям. Министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу требует, чтобы США сделали выбор между Турцией и террористами. Он считает, что американская  позиция о том, что ПДС не является террористической организацией, противоречит здравому смыслу. В этой связи госсекретарь США Джон Керри даже попытался усмирить своего турецкого коллегу, указав на возможность пересмотра членства Турции в НАТО.

            Уместно отметить, что турецкие претензии в политике США в отношении курдского вопроса во многом поддерживаются в Тегеране.  Советник верховного лидера Ирана по международным вопросам Али Акбар Велаяти, оценивая планы США, реализуемые в регионе, также осуждает Вашингтон за опасную политику в отношении курдов Ближнего Востока.  В последнее время в регионе происходят стремительные изменения. Вашингтон поддерживает и укрепляет курдов в Сирии, пытаясь объединить их с курдами в Ираке и других государствах. Конечная цель американцев - создание независимого Курдистана, что является потенциальной угрозой для региона. Если курды получат независимость, то это будет второй Израиль, - заявил Велаяти.

            Не остается в стороне вопроса о сирийских курдах и Москва. Накануне Санкт-Петербурга высказывались предположения, что Турция может снизить накал публичной критики в адрес президента Башара Асада, а в ответ предложит России поддержать турецкую позицию перед американцами о признании сирийских курдов террористами. Невыполнимое для Кремля условие, что еще раз указывает на сложнейшее переплетение интересов, подходов и позиций различных сторон в отношении Сирии.

******

 Стремительное российско-турецкое сближение стало бы геополитическим чудом, а тройственный союз России, Ирана и Турции смог бы развернуть дальнейший ход событий на огромном географическом пространстве на 180 градусов. Однако подобные чудеса в истории случаются крайне редко, да и оснований рассчитывать на турецкое плечо поддержки не было.  Задолго до инцидента с Су-24  Турция вела антироссийскую политику в Сирии, напряжение росло, был риск вооруженного столкновения между Россией и членом НАТО. Будем считать то, что Эрдоган назвал Путина дорогим другом и увидел потенциал нормализации отношений с Россией, добрым знаком, не убивающим надежду на турецкое просветление в сирийском вопросе. Однако до альянса Турции с Россией и Ираном еще далеко.

 

Источник: Iran.ru
  • email Отправить другу
  • print Версия для печати
  • Add to your del.icio.us del.icio.us
  • Digg this story Digg this

Добавить коментарий comment Комментарии (0 добавлено)

Главные новости

|