Талышский вопрос: от проблемы этногенеза до “армянского участия” в талышском национальном движении

Разделы

Архив

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31

Рассылка

Подписаться на рассылку:


  • email Отправить другу
  • print Версия для печати
  • Add to your del.icio.us del.icio.us
  • Digg this story Digg this

Оцените содержание статьи?

(всего 90 голосов)
Изменить размер шрифта Decrease font Enlarge font
image

 

Беседа с  профессором Гарником Асатряном об актуальных проблемах этногенеза народов Кавказско-Каспийского региона

А.Арешев - Поиски древних корней и престижных предков являются характерной чертой интеллектуальных исканий элит многих этносов в современном мире – больших и малых, наделенных собственной государственностью и вовсе не имеющих государственность или лишенных ею в ходе истории. Но, пожалуй, больше всего это свойственно народам, находящимся в процессе формирования Национальной Идеи и борьбы за независимость. Например, среди талышей, выдвинувшихся в последние годы на первый план крупных негосударственных этносов региона и стремящихся к обретению собственного национального бытия, стало уже общим местом возведение своей генеалогии к кадусиям, древним обитателям юго-западного Каспия. Мне даже довелось встретиться с талышской семьей, назвавшей своего сына Кадусом. Насколько, по Вашему мнению, это верно, и, вообще, насколько объективными с научной точки зрения могут быть результаты исследований по этногенезу того или иного народа?

Г.Асатрян - Во-первых, необходимо определиться с понятиями. Когда мы говорим об этногенезе, мы имеем в виду проведение генеалогической линии современного этноса к некоей этнической общности в прошлом, засвидетельствованной в исторических анналах или, по крайней мере, постулированной в виде рабочей гипотезы. При этом, надо иметь ввиду, что возникновение и стагнация (с последующим затуханием) этносов и народов – это постоянный исторический процесс и, посему, возраст этносов может варьировать в пределах нескольких тысяч лет – от глубокой древности до почти нашего времени. Иначе говоря, этносы бывают древние и сравнительно новые. Это – факт истории и не подлежит субъективной оценке. Я об этом говорил в прошлом году в интервью агентству Regnum (1). Народы определяются по их вкладу в мировую цивилизацию, по достижениям в сферах культуры, науки, искусства, по тому насколько в них живы и продуктивны гуманистические традиции и, конечно, по умению организоваться и выработать наиболее оптимальные формы бытия, а не по тому формировались ли они тысячелетия назад или совсем недавно. Во-вторых, когда возникновение некоего этноса мы датируем определенным временем – это не значит, что там же мы обрываем его корни и считаем, что он появился вдруг как бы из небытия. Например, известно, что тюркские этносы Средней Азии (казахи, узбеки и т.д.) формировались в разные периоды второго тысячелетия нашей эры. Но они являются частью этнической стихии, восходящей к общетюркскому состоянию и через него к алтайской общности. Таким образом, говоря об этногенезе, мы имеем ввиду предысторию ЭТНОСА, т.е. социальной единицы с конкретным групповом самосознанием, четко отличающей себя от других групп (даже родственных) и имеющей собственное самоназвание и другие самобытные атрибуты. Этнос – социальная категория, а не биологическая. Я вынужден особо озвучить эти элементарные истины, ибо в некоторых отзывах на мое вышеупомянутое интервью из Баку (в котором я утверждал, что азербайджанский этнос формировался в конце XIX – начале XX вв.) звучали обвинения в том, что я якобы лишаю их “предков”. Между тем, азербайджанский этнос возник на основе иранского (скорее, татского) субстрата с участием тюркского суперстрата, придавшего группе свой язык. В общем, древние предки есть у всех народов, независимо от их возраста. У человеческой популяция вообще единый предок, но возраст отдельных этнических групп, как социальных единиц, всегда ограничен во времени. Иначе говоря, этносы и народы – категории временные, а человечество вечно – разумеется, в относительном понимании этого слова. По отношению к социальным сообществам человеческий вид – константная величина, примерно также как этнос (народ) относительно стабилен в конкретном временном отрезке, а отдельные семьи (кланы), его составляющие, приходят и через несколько поколений уходят в небытие.

А.Арешев - Кажется, подошло время поговорить о талышах…

Г.Асатрян - Да, но не раньше, чем отмечу еще один важный момент относительно рассматриваемой проблемы. Дело в том, что определение древних предков в случае с народами, лишенными ранней письменной традиции и древней документальной истории, по большей части сопряжено с непреодолимыми трудностями: предложенные решения бывают, как правило, не более, чем версии в виде гипотез, а порою и просто спекулятивных суждений. Например, мидийцы – древний народ, создавший первое иранское государственное образование на Иранском плато – являются объектом исторических притязаний многих иранских этноязыковых групп, начиная от курдов и до обитателей территории собственно Мидии – всего конгломерата носителей северо-западных иранских диалектов от Хамадана до окрестностей Тегерана и севернее в сторону Атурпатакана (т.е. Азербайджана, северо-западных провинций Ирана). Но на самом деле на такое родство никто сегодня не может претендовать, ибо ни одна из этих групп на имеет документальной истории, восходящей к мидийцам; нет, по сути, современного этнического образования, носящего этноним “мидийцы” (даже выявленного путем этимологического анализа). Наконец, те особенности мидийского языка, которые доселе выявлены по крупицам из косвенных источников (заимствования в древнеперсидском, эламском, греческом и т.д.) в разных комбинациях отмечаются в языках всех иранских групп, говорящих на северо-западных диалектах. Т.е. иранского диалекта, которого можно было считать прямым потомком мидийского, фактически не существует. Посему, мидийцы – это только имя и не более. И так в случае с большинством народов древней Передней Азии.

А.Арешев - Кстати, насколько я знаю, теория мидийского происхождения титульного народа современной Азербайджанской Республики одно время была популярна и среди местной научно-политической элиты в 30-ых – 50-ых годах прошлого столетия и даже позднее.

Г.Асатрян - Да, это было, и в русле общей тенденции у молодых наций к созданию древней истории мидийская версия происхождения азербайджанцев – явление отнюдь не экстраординарное. К тому же, ядро азербайджанского этноса, несмотря на тюркоязычие –иранское, что дает повод, во всяком случае чисто умозрительный, претендовать на мидийские гены с не меньшим основанием, чем любая другая иранская группа (скажем, курды). Правда, субстрат, легший в основу формирования азербайджанского этноса, был, как я пологаю, скорее юго-западным (персидским), но все же!

А.Арешев - Исходя из Ваших рассуждений, выходит, что проведение генетической линии происхождения сегодняшнего талышского этноса вряд ли возможно – ведь талыши, как и азербайджанцы, не обладают ранней традицией письменности, не будучи одновременно отмеченным и в древних анналах истории под своим сегодняшним именем.

Г.Асатрян -Видите ли, Андрей Григорьевич, во многих случаях даже полное совпадение древнего этнонима с названием современного этноса – ещё не доказательство их родственной связи. К тому же, нередки случаи, когда древний этноним полностью тождественен названию современной этноязыковой группы, живущей при этом на той же территории, но сходство при ближайшем расстоянии оказывается только внешним (хороший пример: племена гуран в западном Иране и народ гуран-ои, засвидетельствованный в классических текстах). Но это долгая история и выходит за рамки популярной беседы. Что касается талышей, то при отсутствии действительно образцов ранней словесности, историческая документированность их присутствия на территории сегодняшнего обитания этноса имеется и в арабо-персидских, и в армянских источниках. К тому же, если предложенная мною этимология верна, то этноним талыш прямо восходит к этническому имени кадусиев, т.е. *кадиш- или *кадуш-. Об этом я писал в частности в вышедшей недавно коллективной монографии “Очерки истории и культуры талышского народа”, размещённой, кстати, на ряде Интернет-ресурсов.

А.Арешев - Значит, по-вашему, талыши и на самом деле потомки кадусиев?

Г.Асатрян – Судя по всему, да, хотя исключить некоторую роль иных этнических элементов в этногенезе талышей нельзя. В течение более двух тысячелетий в ареале их проживания происходили интенсивные межэтнические процессы, которые не могли не нарушить чистоту проекции этногенетических линий прикаспийских иранских групп, в том числе талышей, к древним народам, составлявшим некогда этнический ландшафт южного и юго-западного Прикаспия. В той же мере сегодняшние гилянцы – потомки древних гелов, мазендаранцы (табаристанцы) – тапиров, заза или дымыли (оказавшихся ныне в результате миграций в конце первого-начале второго тысячелетий в центральной Анатолии в Турции) – дейламитов (древнего населения Дейлама, высокогорной области Гиляна) и т.д. Следы других древних жителей Прикаспия – мардов (или амардов), каспов, чилов, лахов и прочих – сохранились только в местной топонимии, но они, разумеется, не исчезли с лица земли, а растворились как в составе талышей, так и гелов, мазандаранцев, дымыли, галешей, горганцев и т.д. Все население южной и юго-западной полосы Каспийского моря является, по сути, продолжением в той или иной степени доиранского этнического континуума этого региона.

А.Арешев - Но, позвольте, Гарник Серобович, только что вы говорили о почти невозможности проведения подобных этно-генетических выкладок, отметив при этом, что от древних народов нашего региона остались лишь имена и не более. Каким же образом Вы делаете теперь исключение по отношению к населению южного Прикаспия?

Г.Асатрян - Это не исключение, а особый случай, который, кстати, имеет аналогов и в других частях света. Дело в том, что специфика южно-каспийского географического ландшафта и благоприятные климатические условия способствовали устойчивости местного населения к миграциям. Существенных демографических перемещений в этом ареале никогда не отмечалось – народ как жил, так и живет. Кроме того, симметричность парадигмы этнических обозначений в древности и в наше время на одной и той же территории предполагает обязательное наличие этно-генетической преемственности между носителями этих обозначений. Т.е., если в пределах определенного географического пространства раньше жили гелы, тапиры и кадусии, а теперь там же живут гилянцы, табаристанци, талыши, то это ни в коей мере не может быть  случайным явлением.

            Вообще, южно-каспийский регион уникален по многим параметрам. Культурное своеобразие края всегда выделялось особым архаизмом и первозданностью, которые сохранились даже после принятия ислама, пришедшего сюда, к тому же, позднее остальных частей Ирана. Во всяком случае, до X века здесь еще оставались, видимо, последователи старых культов. А сложившаяся недогматическая среда приютила в южном Прикаспии в свое время и Зайдитов, и многих других сектантов, отошедших от мусульманской ортодоксии. Огромная пассионарная энергия, скопившаяся в регионе, породила дейламитскую династию Буидов, которые уже в середине X века – фактически, чуть более чем через два века после завоевания Ирана арабами – взяли реванш, захватив Багдад и установив свою власть в центре Халифата. Мусафириды в Азербайджане (Атурпатакане) также были дейламитами. В тот же период волны миграции (преимущественно мужского населения) из Дейлама наводнили Переднюю Азию. Дейламиты служили как наемное войско во ногих армиях мусульманского мира. Следы дейламитов видны и в топонимии, и в демографии региона – народ заза (дымыли) в Анатолии, как я уже сказал, является древним осколком прикаспийского «этноизвержения» (интересно, что дейламиты на родине слились в состав талышей, гилянцев и мазандаранцев, а вдали от нее сохранили свой язык и самобытность). Яркой иллюстрацией пассионарности обитателей южного Прикаспия может служить также и история талышей, изобилующая примерами ратных свершений, создания государственных образований, соправаждавщихся серьезным накалом борьбы и страстей.

А. Арешев – Хорошо, с этим разобрались, но что же всё-таки за народ были кадусии?

Г.Асатрян – О кадусиях, как, впрочем, и о других народах южно-каспийского региона не так много известно. Мы знаем, что кадусии жили на той же территории, на которой живут сегодня талыши, т.е. грубо говоря, юго-западный угол Каспийского моря и к западу в сторону Атурпатакана или Атропатены, почти до исторического города Ардабил. До принятия иранский речи, т.е. до проникновения иранцев-ариев в регион, кадусии говорили на неизвестном нам языке, который, судя по всему, находился в близком родстве с языками тапиров, каспов, мардов и других автохтонных народов данного этногеографического ареала. Кстати, очень возможно, что все эти языки имели одновременно и родственный связи с (хуррито-)урартским – языком древнего населения Армянского нагорья, ставшего основным этно-генетическим ядром для формирования армянского народа.  Кадусии были народом воинственным и очень крутого нрава. Они были постоянной занозой для Ахеменидов и последующих правителей Ирана. Александр Македонский, например, взяв столицу Гиркании Задракарту, усмирив тапиров и, нападая на ужасных мардов, не посмел идти дальше против кадусиев. Американский ученый Рональд Сюм собрал все сведения о кадусиях у классических авторов, создав тем самым очень полезную источниковедческую базу для дальнейших изысканий по истории кадусиев. Недавние археологические раскопки на севере провинции Гилян в Иране выявили большое количество могильников, которые однозначно соотносятся с кадусиями (см. Ch. K. Piller, “The Cadusii in History and in Archaeology: Some Remarks on the Achaemenid Period (Iran Age IV) in Gilan and Talesh”, Iran and the Caucasus, vol. 17.2, в печати).

А.Арешев - Я слышал, у вас, на Кафедре иранистики ЕГУ, открыта магистерская программа по талышеведению. Что это за программа, и, вообще, что происходит в творческой лаборатории Вашей Кафедры по талышской тематике?

Г.Асатрян – Талышская тематика у нас идет в русле наших традиционных работ по курдам, заза, гуранам, татам и другим ираноязычным этно-языковым группам региона. Магистерская программа по талышеведению, по которой, кстати, учатся у нас и студенты талышской национальности, предполагает обучение ряду предметов по истории, языку, диалектологии и литературе талышей. Что касается научных проектов по талышской тематике, то хотелось бы, прежде всего, отметить составление этимологического словаря талышского языки и большой монографии по гидро-топонимии юго-восточного Каспия. Исследование названий водных ресурсов и топонимов дало нам возможность, в частности, выявить определенный лексический пласт субстратного (кадусского) происхождения, а также иранские элементы, которые имеют сугубо талышскую атрибуцию, позволяя тем самым определить ранние контуры жизненного пространство талышей. Судя по данным этого исследования, территория обитания талышей исторически была намного шире, чем мы наблюдаем сегодня.

А.Арешев - Я, конечно, знаком с достижениями Вашей школы, но все-таки для успешной и перспективной работы нужны соответствующие кадры и немалое финансирование. Есть они у вас, а если нет, предвидятся ли?

Г.Асатрян - К настоящему времени на Кафедре иранистики ЕГУ сложилась сильная научная школа, состоящая по большей части из преданных науке и Идее молодых талантливых ученых и педагогов, имеющих прекрасную подготовку не только по иранистике, но и по ряду смежных областей кавказоведения, тюркологии, арабистики, древне-восточниой филологии и т.д. В довольно многочисленном коллективе царит дух единомыслия, дружбы, любви и коллегиальности. Имеются очень хорошие технические условия на уровне лучших университетов мира, отменно отремонтированные недавно помещения на Кафедре, прекрасная библиотечная и информационная база, собственная типография и т.д. Финансовые затруднения, конечно, есть: университетские зарплаты у нас невысоки. Но что делать? Возможности нашей страны в целом ограничены. Зарубежные грантодатели практически никогда не финансируют серьезные научные проекты, особенно по востоковедению и, прежде всего, по иранистике. Армянские зарубежные фонды вообще не в счет: они могут пожертвовать в лучшем случае мизерные гранты на проекты по арменистике, причем далеко не по самым актуальным темам. В последние годы наш Комитет по науке дает гранты по отдельным проектам; в прошлом году мы получили один такой грант. Это, понятно, добрый знак внимания государства к науке, но оно пока еще не имеет системного характера. А для организации наших конференций и форумов мы иногда получаем разовую спонсорную поддержку от отдельных хозяйствующих объектов в Армении и то не всегда.

            В целом, отдельного финансирования у нас никогда не было, нет и, похоже, не предвидится. Однако, если есть команда профессионалов-единомышленников, носителей Идеи, то уверяю Вас, можно обойтись и без щедрого финансирования. Горы можно свернуть – разумеется, когда есть Божье благословение.

А.Арешев - И последний вопрос, который хотя и не касается непосредственно нашей беседы, но было бы интересно его обсудить с Вами. Это – политизация талышской проблемы, о которой мы с Вами как-то уже говорили. В Баку, как известно, страсти не утихают – там полагают, что организованные Вашей командой международные конференции по талышеведению и работы по талышской тематике нацелены на провоцирование сепаратистских течений в талышском регионе Азербайджанской Республики.

Г.Асатрян - Мы регулярно созываем международные научные конференции по самым различным проблемам востоковедения – по курдоведению, народу заза, ирано-кавказскому региону, по алевитам, недогматической религиозней среде в Малой Азии, по автохтонным этносам Кавказа и Прикаспия, в том числе и по талышам. Попытки рассматривать научный форум как инструмент воздействия, конечно, не выдерживают никакой критики. Еще более одиозно, когда в аналогичном русле видятся академическая деятельность и научные публикации. Всё это подобно паранойе, сродни той, когда упавший недавно под Челябинском метеорит некоторые комментаторы объявили самоликвидировавшейся российской ракетой…

            Надо иметь в виду, что использование межэтнической ситуации в какой-либо стране в направлении собственных интересов – дело очень непростое. Подобную роскошь могут позволить себе только супердержавы или крупные региональные игроки, имеющие огромные ресурсы, хорошо подготовленный кадровый корпус, соответствующие службы и, конечно, опыт подобных манипуляций. Британцы, например, большие мастера этого дела, разработавшие методику и основы науки о воздействии на этнические процессы. Армения же (не хочу употреблять какую-либо модальность) – чистая в этом смысле доска; у нас нет даже видения проблемы, не говоря уже о ее целевом использовании. Я думаю, шумиха вокруг армянского участия в развитии Талышского национального движения, имеющего мощную внутреннюю динамику, нацелена, скорее, на разрыв армяно-талышского интеллектуального дискурса, сложившегося в последние годы, на создание атмосферы недоверия и сумятицы в среде активистов этого Движения. Но хочу Вас заверить, что зрелость Талышского движения – объективная историческая реальность, закономерный результат процессов, происходящих за последнее столетие как в регионе в целом, так и внутри самого этноса. Повернуть его вспять не могут ни подложные данные переписи населения, ни создание талышских карманных люмпинизированных группировок и азербайджанских патриотов, ни даже карательные меры против талышских активистов в Азербайджане, не говоря уже об упомянутых глупых инсинуациях. Что же касается армянской академической науки, то она, так или иначе, будет развиваться по всем актуальным направлениям, в том числе по талышеведению, ибо зиждется на гуманитарной традиции нашего народа, уходящей корнями вглубь веков.

(1)     Азербайджанская национальная идея: Отведено ли в ней месть для нацменьшинств // http://www.regnum.ru/news/polit/1470705.html

 

Источник: BS-Kavkaz

 

 

  • email Отправить другу
  • print Версия для печати
  • Add to your del.icio.us del.icio.us
  • Digg this story Digg this

Добавить коментарий comment Комментарии (0 добавлено)

Главные новости

|